Подростковый бунт в 40 лет: «Я развелась, ушла с работы и поняла, что больше ничего не хочу делать»

Мы часто пишем про мужской кризис среднего возраста. А сегодня инструкцию о том, «что делать, когда очень долго ничего не хочется делать» и ты — мама двоих детей, дает лайфстайл-блогер Ольга Дори:

— «Если вы тонете, перестаньте барахтаться и пытаться всплыть. Тоните. Медленно. Наслаждайтесь этим вязким состоянием, внимательно смотрите по сторонам и замечайте все вокруг: эмоции, новые впечатления, свои ощущения. Запомните их. Они вам потом пригодятся. Дойдите до дна и оттолкнитесь. Так вы сможете всплыть».

Я прочла эту мысль. Она показалась мне завораживающе абсурдной. Но не отпускала.

Что я имела к тому моменту? До фига. Я сделала две карьеры, пока растила двух детей; дизайнерский ремонт, который был опубликован в архитектурном журнале; водила машину по пять часов в день в дальний пригород; училась в киношколе, написала сценарий, по которому сняли сериал, сняла кино как продюсер; занималась спортом, брала уроки вокала и писала маслом по холсту копии Хоппера; была главой родительского комитета и играла кикимору на детских утренниках…

Потом боролась с депрессией.

Пила таблетки, прошла восемьсот восемьдесят психологов и разного рода тренингов, включая гадание таро и аюрведу (смешно, но что только не сделаешь), и вот бесконечная депрессия, наконец, закончилась.

Я переехала из дальнего пригорода в самый центр, продала машину, которая высасывала все мои силы, развелась, повеселела и похорошела.

Перестала работать на нелюбимой работе и раздала все серые офисные платья.

И поняла, что я более ничего не хочу делать.

Я хочу бездельничать, и мне лень даже включить компьютер. А у меня двое детей и пусть хорошие, но явно недостаточные для моего привычного уровня жизни алименты.

Я месяц ругала себя, смотрела в окно на сад Эрмитаж, гуляла по Москве. Я, в общем, была совершенно счастлива. Если бы не это гаденькое чувство, что я безответственная бездельница. Чувство вины и стыда двигали меня вперед безотказно всю мою жизнь.

Но тут и они сникли под натиском моего мощного протеста. И я решила тонуть. Больше ведь ничего не работало.

Я рассчитала свои накопления. Дала себе год. Я решила, что самое главное — попробовать максимально делать то, что нравится. И попробовать все, что когда-то хотелось.

Я купила билет в Мадрид. Со мной случилось все, что только можно будет сладко вспомнить, но, к сожалению, нельзя рассказать детям. Возможно, только правнучкам.

Я начала путешествовать (бюджетно насколько возможно), встречаться с мужчинами, с которыми раньше никогда не встречалась, они катали меня на мотоцикле и вкусно кормили. У меня появились фото, которыми в старости я буду иллюстрировать свои рассказы, а одно из них, где я не совсем одетая и с саксофоном, я уверена, проданное с аукциона, купит мне домик у моря. Я держала в голове одно: единственная работа, которую я обязана делать, — мои дети. Остальное — строго по желанию.

Я начала писать рассказы, записала истории о моей жизни в Америке, которые жили в моей голове пятнадцать лет. Я пошла на кастинг для съемок в рекламе. Меня выбрали. Я вернулась к сценариям.

И вдруг поняла, что со мной происходит. У меня начался пубертат, который я пропустила в мои 14 лет. Мне хочется быть подростком. Бунтовать. Мне хочется получить тот опыт, которого не было, потому что я родилась взрослой. Потому что нужно всегда было быть разумной, работящей, рациональной, надеяться только на себя. Потому что в то время, голодное и страшное время начала 90-х, бунтовать против родителей, которые вдруг лишились всего, мне тогда казалось глупым и немилосердным. И вот в свои сорок лет я, наконец, получила свое право на яркую помаду и безответственное поведение. И на протест.

Я не была растерянной героиней «Ешь, молись, люби». Потому что за моими плечами уже было три брака, дети, жизнь в общежитии и в Америке, и в общем-то открывать мне было особо нечего. Мне именно хотелось получить право жить наотмашь, без плана и расчета, без постоянной мысли о том, как найти стабильность.

И меня стало отпускать. Я стала снова зарабатывать хорошие деньги. Я перестала давить на себя. Не сразу. Например, начитавшись умных книг, я пыталась резко обрывать мучительные, изматывающие отношения. Но все равно вздрагивала от каждого бренчания ватсапа. Пока не поняла: ничего не произойдет, пока один опыт не заменится другим. Пока не наберутся новые впечатления и их критическая масса не вытолкнет все остальное из памяти.

Читай продолжение на следующей странице